Домой Выпуск №2. Образование Эрудированность и креативность в деятельности педагога

Эрудированность и креативность в деятельности педагога

48290
2
2 0
Read Time:7 Minute, 21 Second

Тихон Спирин.

Дорогой читатель, твоему пристальному вниманию представляется статья, специально написанная “птичьим языком”, но в очень облегченной форме, чтобы не травмировать твою, мой всезнающий строгий критик, психику. Смешав гуссерилианский и кьеркегоровский стили, присыпав сверху читателялюбием о. Павла Флоренского, я создал текст, который, надеюсь, позабавит тебя или, что мне будет крайне приятно, заставит задуматься над проблемой, которая волнует меня; великим счастьем будет, если вместо “или” случится “и”.

«Заседание совета художников-преподавателей Московского училища живописи, ваяния и зодчества»
Пастернак Л.О.

Эрудированность и креативность если не требуют философского усмотрения, нуждаются в философском рассмотрении. Нуждаемость вызвана явным увяданием престижа эрудированности и популяризацией креативности. Образ эрудированного человека вытесняется из обыденной жизни, оставаясь уместным, на первый взгляд, лишь в телевизионных интеллектуальных играх по типу «Своей игры» или «Что? Где? Когда?». Креативность же, наоборот, все более ценится, т.к. благодаря ей (и как думают некоторые, только ей) создается уникальный контент.

В центре нашего внимания эрудированность и креативность в процессе преподавания, т.е. деятельности педагога. Мы исследуем именно эрудированность и креативность, а не эрудицию и креатив, т.к. первые понятия отражают деятельность: эрудированность – нахождения человека в процессе получения и расширения знаний о мире, креативность – процесс генерации и создания-открытия-нахождения новых оригинальных идей.

Высветив на общем фоне два рассматриваемых понятия, нам необходимо совершить второй шаг – вопрошание. По мысли Х.-Г. Гадамера, вопрос вводит опрашиваемое в определенную перспективу, появление вопроса как бы вскрывает бытие опрашиваемого, что нам и необходимо для строгости мысли и объективности. Впрочем, строгость мысли и объективность – недостижимая величина, ведь человек, волей-неволей, находится в определенном психологическом состоянии, которое ему постоянно мешает сохранять, повторюсь, строгость мысли и объективность, которые ведут к возможности впасть в бытие.

Вопросы, которые необходимо задать к рассматриваемым двум понятиям: что такое эрудированность и креативность? Какие у них особенности? Вступают ли они в противоречие друг с другом? Можно ли человеку быть одновременно эрудированным и креативным? Какое место эрудированность и креативность занимают в деятельности педагога? Вот те пять вопросов, которые, надеемся, приведут нас к состоянию понимания опрашиваемых понятий. Пятый вопрос ставится в свете той темы, которая нас особенно интересует. Теперь мы можем совершить третий шаг – дать ответы на вопросы, но это ни в коем случае не означает, что у нас не появится новых вопросов и мы не придем к еще большему непониманию, чем имеем в начале исследования.

Предоставив выше определение эрудированности, мы все еще остаемся в непонимании, т.к. для понимания требуется прояснение «темных мест», аргументация и углубление. Очевидным для эрудированности являются созидание учености и просвещенности, что следует, как минимум, из перевода слова эрудиция. Указанное созидание предполагает периодическое расширение своих знаний за счет усваивания уже непосредственно представленной информации о мире в форматах текстов письменных и устных. Но это не какое-то «слепое» усваивание, ученость подразумевает систематизацию получаемой информации: отделение первичного от вторичного, качественного от некачественного (халтурного), основного от вторичного. Но истинная ученость – это реализация полученных знаний за счёт их трансляции другим людям, особенно это актуально в свете образа преподавателя.

Допустим, человек N наполнил свое сознание знаниями, может их транслировать. Подойдем аксиологически к рассматриваемому: что ценного в эрудированности? Она ценна в трех моментах. Рассмотрим их, чтобы после объединить и концептуализировать. 

Первый – поиск образца для подражания. Не будем забывать, что люди друг от друга отличаются, прежде всего, талантами. Творческая реализация возможна только в определенной форме, но ее нужно обнаружить. Если человеку не повезло, и он не нашел образец для подражания в непосредственно данном, то он сможет сделать это благодаря эрудированности. Так не раз в истории, например, художественной литературы, писатели, прежде чем приступать к творчеству, занимались поиском образца для подражания именно за счёт эрудированности, обнаружив образец, начинали исследование обнаруженного образца и плодов его творчества, а уже потом переходили к написанию собственных текстов. 

Второй момент, более философский, эрудированность позволяет обнаружить тот материал, на котором можно запустить мышление. Таким материалом, например, для Мераба Константиновича Мамардашвили являлся magnum opus Марселя Пруста «В поисках утраченного времени», текст, который создает особое пространство, в котором можно запустить собственное мышление. В случае преподавания, трансляция информации о таких текстах, позволяет ученикам быстрее, чем самостоятельно, обнаружить такие пространства, позволяющего запустить мышление. Может возникнуть мысль, что эрудированность нужна только преподавателю, но это лишь иллюзия, развеять которую поможет лишь отдельное исследование. 

Третий момент, обнаружение особых текстов – мотивирующих создавать собственные. Отличие третьего момента от второго заключается в том, что не содержание, а стиль мотивирует. К таким текстам можно отнести труды Эдмунда Гуссерля и Мартина Хайдеггера; мы не в коем случае не подвергаем сомнению смысловое содержание их трудов, а лишь указываем дополнительное достоинство их текстов. Отчасти мистический момент, который, может, является для автора настоящей статьи индивидуальным, требующим особой рефлексии. Предпримем попытку вывести указанное обстоятельство из области субъективного в область объективного. Строгость мышления, постоянное нахождение в философском модусе, и из него изложения материала вызывает эстетические переживания, видение философской гармонии. Переживания аккумулируют энергию в человеке, которую необходимо превратить в деятельность, собираются внутренние побудительные силы, т.е. появляется мотивация к деятельности, а мимесис (в широком смысле) срабатывает первым, он может быть выражен следующими простыми словами: «я вижу прекрасное, мне это нравится, я тоже так хочу».

Концептуализируем три рассмотренных момента. Наиболее подходящая ценность – свобода, т.к. образец подражания, использование материала, на основе которого запускается мышление, и мотивация создавать тексты позволяет человеку освободиться от оков обыденных представлений и создает ситуацию для реализации свободы в творческом акте.

 Указанное ранее «я тоже так хочу» приводит нас к следующей, необходимой для исполнения этого «хотения», области – области креативности. Простое копирование текста, вызвавшего эстетическое переживание, не удовлетворит потребности в созидании нечто подобного. Ведь тогда бы на протяжении всей истории человечества, люди бы только и делали, что переписывали великие тексты, а не создавали бы свои. Для удовлетворения рассматриваемой потребности необходимо сделать творческий шаг, т.е. создать-открыть-найти идеи и воплотить их в устный или письменный текст – этот вид деятельности относится к креативности.

Существует миф, с которым автору настоящей статьи приходится сталкиваться в своей профессиональной деятельности, что креативность – это определенное состояние человека, скорее чувственное, когда он просто берет и создает что-то новое. Конечно, есть многое на свете, друг Горацио, что и не снилось нашим мудрецам. Но этот миф об особых творческих, или креативных личностях, которые берут и создают, не имеет в себе позитивного момента, а лишь негативный, который приводит к следующий фразе, уверовавшего в этот миф: «у меня ничего не выходит, сколько не пробовал, так что это, наверное, не мое». Позитивный же момент несет идея метода! Каждый великий мыслитель, будь то философ или писатель, имел в своем распоряжении метод, что прекрасно видно на примере философских традиций – во многих даны конкретные алгоритмы. Благодаря методу, человек вводит себя в креативность и создает что-то новое. Замечу, что метод не исключает чувственности или, допустим, интуиции, они являются дополнительными, но необязательными, элементами, которые можно встроить в структуру рассматриваемого процесса. Креативность предполагает свободу, а свобода предполагает определенные рамки, которые структурируют процесс, позволяя свободе состояться, получив, в итоге, продукт.

Однако, заметим, что эрудированность и креативность, если напрямую не противоречат друг другу, то могут, при определенных обстоятельствах, вступить в противоборство в сознании человека. Как это может произойти? Если человек успешно реализуется в той или иной деятельности, опираясь исключительно или на эрудированность, или на креативность, то это может создать конфликт идей. Эрудированность будет противоборствовать с креативностью в том случае, если человек, погрузившись в тексты, придет к мысли, совершенно неправомерной, что все уже создано, нового не надо, тем самым заглушит свои творческие потенции. Радикальная креативность же приводит к мысли, также неправомерной, что эрудированность только мешает, загоняет в рамки, но ведь нужна основа для креативности – опыт. Креативность востребованная – это осмысленный продукт, который изменяет поведение другого человека. Основы, на которых человек неэрудированный строит свою креативность, быстро исчерпаются, т.к. привыкание к этим основам будет вводить его в состояние, где данная основа кажется чем-то обыденным, уже неинтересным, т.е. исчерпается опыт.

Разрешение возможного противоборства видится в усвоении античной идеи золотой середины. Трудная идея. Но она дает возможность не уходить в крайности. Конечно, ровно посередине сложно стоять, но, отказавшись от идеи радикальности: радикальной эрудированности и радикальной креативности, человек хоть и будет «пролетать» эту золотую середину, но хотя бы на мгновение в ней находиться, нивелируя опасные последствия радикальности.

Мы, наконец, подошли к последнему этапу вопрошания в настоящем исследовании: какое место эрудированность и креативность занимают в деятельности педагога? Центральное. Эрудированность и креативность – это две деятельности, в череде еще двух, о которых здесь речь неуместна, которые помогают педагогу исполнять свой долг. Ответ можно дать и иной, если выйти из модуса долженствования: помогают интересно преподавать. Эрудированность не только позволяет снабжать учеников полезными знаниями, но и явно представляет качественное отличие педагога от ученика, выделяет первого на фоне подопечных. Креативность связана с активной работой мышления, что позволяет развиваться как педагогу, так и его ученикам.

Пришло время сделать последний шаг в этом небольшом исследовании. Признаться, что все описанное – несерьезно, это всего лишь игра в философию, но если бы не игра, то философии бы и не существовало. Окончим же текст замечательными словами датского мыслителя Сёрена Обю Кьеркегора из одного из лучших философских текстов «Страх и трепет», автор настоящей статьи полностью к ним присоединяется: «Я желаю вам всем и каждому в отдельности счастья и благополучия».

Happy
Happy
0 %
Sad
Sad
0 %
Excited
Excited
0 %
Sleepy
Sleepy
0 %
Angry
Angry
0 %
Surprise
Surprise
0 %

2 КОММЕНТАРИИ

    • Спасибо за вопрос, выглядит красиво, а если серьезно, то сконструировать какой-то образ золотой середины весьма сложно, но, думается мне, что в педагогике это выглядит примерно так: преподаватель, если подойти количественно, примерно пополам разделяет материал (50% — эрудированность, столько же креативность), т.е. ученик обогащается культурно (у него, например, появляется вкус к хорошей литературе по теме) и, также, видит неординарные ходы и идеи самого преподавателя (т.е. видно его Я). Не исключаю, что описал сумбурно, но, надеюсь, ответ понятен.

Добавить комментарий для Тихон Спирин Отменить ответ

Пожалуйста, введите свой комментарий!
Пожалуйста, введите ваше имя